5/09:
на форуме обновлен дизайн, все остальные новости здесь

Lag af guðum

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Lag af guðum » Настоящее » Everybody's looking for something.


Everybody's looking for something.

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

EVERYBODY'S LOOKING FOR SOMETHINGЛюбопытство - не порок, а один из эффективных навыков ведения информационной войны.• • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • •


Участники эпизода: Фрейя, Лойи
Время и место действия: 19.06.2017
Краткое описание событий: кто владеет информацией, тот... Миром, быть может, вот так сразу завладеть и не получится, но сделать небольшой подкоп под охотников - вполне. Информация, найденная в смартфоне Вигдис, дает ключ к расположению лаборатории, как и к тому, что там можно найти. Сложно остаться равнодушным к такому подарку судьбы, тем более, что некоторая часть колдовского сообщества все еще считает Deus vult чем-то вроде очередной городской легенды, и убедить их открыть, наконец, глаза просто необходимо.

+1

2

Доступность и простота современных технологических шедевров многократно упрощали задачу для шпионажа. Вот жили бы они лет сто назад, и не было бы ни телефонов, ни скриншотов карт, ни смс-ок с явками и паролями, а теперь почти всё – как на ладони. Могло быть, конечно, значительно удобнее, если бы охотники обсуждали все свои планы в каком-нибудь общем чате, чем как сейчас – ограничиваясь только пересылкой необходимых геолокаций с короткими пояснениями, но и так, в общем-то, тоже неплохо. По адресу, который Лойи нашёл в телефоне многострадальной монашки, поисковик выдавал какой-то второсортный медицинский центр с незнакомым названием, расположенный на выезде из Рейкьявика в сторону Коупавогюра. Судя по всему, именно там она должна была пару месяцев назад забрать какую-то вакцину, и как-то слабо верилось, в свете уже произошедших событий, что это была прививка от гриппа для местной приходской школы.

Фрейя честно пыталась даже дозвониться до этой клиники, чтобы узнать их график работы или что-то в этом роде, но по номеру, значившемуся рядом с названием в карточке организации, никто не отвечал. То ли пациентов не очень ждали, то ли работать в тяжкое понедельничное утро не хотелось даже охотникам, но честно записаться на приём не удалось, поэтому Фрейя и Лойи решили навестить медицинский центр без предупреждения. Точнее, кажется, Лойи решил, а Фрейя ненавязчиво напросилась пойти вместе с ним, потому что, с одной стороны, ей было очень любопытно, а с другой – кузен уже один раз пообщался с охотниками наедине и ничем хорошим это не закончилось. Не то, чтобы она могла чем-то сильно помочь в критической ситуации, но пока увеличенный запас энергии её не покинул, в этом всём даже был некоторый смысл.
Все мышцы до сих пор жутко болели после субботнего семейного забега по тренировочному полю, но за руль она сесть была еще в состоянии, поэтому встретиться они с Лойи договорились недалеко от клиники. Фрейя, хоть и не жила в Рейкьявике постоянно, город знала хорошо, но всё равно долго мысленно благодарила охотников за то, что свои штабы они располагают не где-то во дворах, а вполне себе спокойно, вдоль достаточно оживленных, по меркам Исландии, во всяком случае, дорог. Даже плутать в поисках какого-нибудь спрятанного подвала пока, кажется, не представлялось необходимым.

Добравшись до места встречи и скинув Лойи сообщение, Фрейя припарковалась и решила вылезти из машины и оценить обстановку. На разведчика она, конечно, смахивала мало, потому что массивный внедорожник вряд ли можно было посчитать незаметной машинкой, а ей самой не хватало тёмных очков или ещё чего-нибудь в стиле голливудских фильмов про шпионов, но следовало довольствоваться тем, что есть. Возможно, разумным было бы взять с собой хотя бы что-то из оружия, особенно учитывая, что вдохновлённый грядущими тренировками Сигмар еще вчера вечером притащил ей на выбор несколько пистолетов, но Фрейя решила, что лучше не рисковать собственным здоровьем, поэтому высматривать ворота клиники отправилась налегке.
Впрочем, уже спустя пару минут она поняла, что особенного смысла маскироваться, в целом, и не было. Всякое, конечно, могло быть, но судя по общему виду дверей и окон помещения, располагавшегося по нужному адресу, живых людей здесь не было давненько. Да и какой-то охраны на первый взгляд заметно не было. Может, это какой-то хитрый ход и на самом деле в здании с обветшалой вывеской скрывались толпы вооруженных до зубов воинов Инквизиции, вроде того их давнего знакомого с прогулки у вулканов?

Додумать Фрейя не успела, потому что заметила, что Лойи как раз тоже добрался до места. Она приветственно махнула ему рукой, привлекая к себе внимание, и вернулась к машине.
– Что-то не похоже на продвинутую лабораторию, если честно, – выдала она результаты своих размышлений, вытаскивая из салона рюкзак и куртку и захлопывая дверь обратно. – Но мы можем попробовать посмотреть поближе, что там.
Хорошенько уяснив за годы магической практики, что не всё при ближайшем рассмотрении оказывается тем, чем кажется на первый взгляд, Фрейя подумывала над тем, чтобы на всякий случай проверить дом на наличие каких-нибудь наложенных иллюзий, но, с другой стороны, откуда бы им быть у охотников? Да и сильной магией наверняка бы фонило за километр, а тут ничего такого не чувствовалось. Скорее в их случае, похоже, больше помог бы фонарик, но взять что-то подобное с собой в медицинский центр колдунья как-то не додумалась. Ну, придётся довольствоваться телефоном.
– Что вообще было у нее в телефоне об этом месте, кроме адреса?
Хотелось, кажется, сказать кузену что-то ещё, но сегодня у них были дела, поэтому причина оставить лирические беседы на потом казалось достаточной. Во всяком случае, чтобы убедить в этом саму себя и бесцеремонно задвинуть мысли о личном куда-то вглубь сознания.

+1

3

Никто и не сомневался, что магия была величайшим даром богов, древним благородным искусством, мудростью, возвышавшей над простыми смертными. Можно было придумывать и другие эпитеты, главное, не забывать, что при всем великолепии магии, технологии на сегодняшний день были развиты настолько  что становились от нее фактически неотличимыми. К счастью, возможность колдовать ни в коей мере не препятствовала возможности осваивать самую разнообразную технику, и даже в старшем поколении только самые упрямые отказывались от благ современной цивилизации и предпочитали, скажем, ржавый лобзик последней модели огнестрела. Если бы колдовское сообщество Исландии отказалось бы идти в ногу со вреиенем, у него совершенно точно не было бы шансов. Но оно не отказалось, и шансы были.
В некоторой степени эти шансы зависели от того, насколько успешно удасться извлечь информацию из того, что любезно предоставила для ознакомления дочь Сигурда. Зельевары работали над сывороткой, обещая впечатляющие результаты, техники тем временем, занялись телефоном. Это, конечно, заняло определенное время, но результат несомненно того стоил. И это несмотря на то, что Вигдис не лгала: была здесь практически проездом, не принимала участия в масштабных операциях и, может быть, знала не так уж и много. Но "не так уж и много" для охотника вовсе не равнялось "не так уж и много" для всех остальных. То, что удалось раздобыть, уже казалось весьма впечатляющим. Во всяком случае, с этим можно было работать. Например, несколько проредить ряды этих охотников за привидениями.
Разумеется, делать это своими силами Лойи теперь не планировал. Вообще взгляд на свои силы пришлось пересмотреть в последнее время, и пересмотр этот был весьма болезненным. Но осознание того факта, что он практически не подготовлен к боевым столкновениям ничуть не уменьшило, а, скорее, наоборот, подстегнуло стремление Лойи быть полезным другим способом. Вот, например, в разведывательной операции. Эту конкретную он придумал себе сам и, в общем, не рассчитывал получить какой-то действительно ошеломляющий результат. Только посмотреть. Только доказать самому себе свою небесполезность, вера в которую покачнула последняя встреча с охотниками. Только... проверить, не показалось ли ему насчет отличного тандема. Может быть, последнее выглядело бы со стороны очень глупо и эгоистично, именно поэтому никто со стороны и не должен был быть в курсе этого плана.
Фрейя отозвалась практически моментально, скорее всего, неплохо понимая, что только телефонной проверкой дело не ограничится, и действительно, когда понадобилось личное вмешательство, оказалась на месте точно к назначенному времени. Лойи ждал около ее машины, подставив лицо нелюбимому ну такому нечастому для острова солнцу, пока сестра ходила на первую разведку, чтобы увидеть то, что уже успел узнать он сам. Мысли в голове лениво бродили от темы к теме: одна намекала, что не стоило бы светить перед фанатиками еще и это авто; другая подтверждала, что да, он точно был прав насчет кузины, и она не просто готова копаться дальше в охотничьем дерьме, но, судя по выражению лица, еще и получать от этого какое-то удовольствие - а это ведь и было самым важным; третья пыталась организовать на доверенной ей территории хоть какое-то подобие дисциплины и порядка, построить остальные (включая самые незначительные, вроде мысли о том, что рыжие волосы очень живописно развеваются на легком летнем ветру) в шеренгу и решить, что же делать дальше. А впрочем, она зря старалась, выбор был невелик.
- Если верить монашке, это и не могло быть продвинутой лабораторией. Судя по всему, Исландия для них - что-то вроде самой запущенной окраины мира, на которую нет смысла выделять слишком большие средства. Если здесь действительно делали их так называемые вакцины, то по строгим инструкциям вековой давности, а большинство инноваций стоит искать в Риме или еще где-нибудь на континенте. Она не была слишком конкретна, но зато я нашел в ее контактах какого-то кардинала: можем позвонить и задать все вопросы напрямую.
Или не быть сегодня слишком привередливыми, а обойтись тем, что получится найти. Вполне возможно, этого хватит для начала. Для начала обычно многого не надо, только небольшое усилие, чтобы нарушить шаткое равновесие.
- Практически ничего, - Лойи развел руками: они шли сюда, полагаясь разве что на удачу, но это ведь было не худшее, на что иногда полагаются люди. - Но это весьма интригующее "ничего", поэтому я собираюсь идти внутрь.
Ты со мной?

Осталось только найти путь. То есть, для него самого, разумеется, существовал один - наиболее простой и безопасный. К сожалению  водить других дорогами теней Лойи пока не умел. Точнее, он подозревал, что ничего хорошего из этого не выйдет, потому что однажды, несколько лет назад  взял с собой позаимствованную из университетской лаборатории мышь. Увы, в том, что осталось у него в руках на выходе, мышь мог распознать только тот, кто хорошо разбирался в мышиной анатомии, поскольку животное было в прямом смысле слова вывернуто наизнанку, впрочем, сердце его билось, и легкие сокращались, но едва ли это было для него большим утешением. Вполне возможно  за годы практики ситуация значительно улучшилась, но экспериментировать сейчас на Фрейе он точно не хотел. Тем более, все можно было решить намного проще.
- Двери заперты, я проверил. Но окна ведь не заколочены. В моей системе мира это практически прямое приглашение заходить и располагаться как дома, - Лойи задумчиво потер подбородок. Он был более чем уверен, что такого же мнения придерживаются очень многие. Пусть в стране почти нет бездомных, но разве дети упустят свой шанс влезть в опустевшее здание, на воротах которого все еще значилось гордое звание медицинского центра? Лойи свой упускать не собирался, но и рассчитывать на то, что лаборатория защищена только сигнализацией, не решился.
- Попробую открыть одно изнутри. Они же должны были иногда преветривать свои кабинеты, верно? Не подходи слишком близко, пока я не проверю, ладно?
Он шагнул в тень, запрещая себе думать о разнообразных неприятных вещах, вроде магических ловушек для таких как он. Может, это и помогло, а может быть, то, что здание, похоже, покидали в спешке. Двери во многие кабинеты были распахнуты настежь, на рабочих столах оставались письменные приборы и настольные лампы, через стеклянные дверцы шкафов виднелись ряды каких-то склянок. Едва ли что-то, что могло поразить воображение: очевидно, эта часть предназначалась для официальной деятельности медцентра, здесь принимали пациентов, заполняли бумаги и демонстрировали властям абсолютную законопослушность.
Лойи подошел к одному из окон, не без труда провернул ручку и потянул. Окно послушно открылось и, когда он, скрепя сердце, сунул в проем руку, ее не испепелило адским пламенем и не откромсало карающим мечом. Что уже можно было считать хорошим знаком. Закончив первичную проверку, махнул из окна Фрейе.
- Будет забавно, если окажется, что монашка просто взяла над этими гипократами шефство, собирала для них пожертвования и навещала сирых и убогих. Зато это будет единственная в истории прогулка, на которой было полностью безопасно. Не считая того, что сюда может примчаться полиция и сделать нам строгий выговор за взлом с проникновением. Надеюсь, тебе будет очень стыдно?
Он с улыбкой подмигнул сестре и подал ей руку, помогая забраться через неширокое окно.

+1

4

– Тогда я не удивлюсь, если вакцины эти делали, настаивая воду на серебре и неистово молясь над ней сутками, – Фрейя смеётся, живо представляя, как люди в белых халатах воздвигают где-то по центру лаборатории огромный крест, падают перед ним на колени и выкрикивают что-то вроде неизменной "Pater noster". Может быть, они вполне могли бы читать и другие молитвы, но кроме "Отче наш", колдунья хорошо представляла себе только шаблонные сцены из миллиона одинаковых фильмах об изгнании Дьявола. Впрочем, она вполне допускала, что местные охотники, раз монашка считала их отсталыми, вполне могли взять на вооружение и такие методы. – Думаю, он не будет возражать против небольшой консультации для страждущих. Интересно, а к ним берут раскаявшихся ведьм? Может, у нас среди предателей и простых либералов уже даже и кружок есть по интересам.
Что, впрочем, тоже вполне могло оказаться правдой.

Фрейя много думала об охотниках после того, как ей снова довелось с ними пересечься, и больше всего ее беспокоила вероятность того, что беда эта могла прийти не одна. Почему бы охотникам не найти поддержки со стороны наиболее прогрессивных ведьм? Возможно, сразу среди тех, кто готов предать свою веру в Старых Богов и поклониться чужому идолу. Это, наверное, даже было бы не слишком сложно – найти разочаровавшихся, потерявших благодать, надавить на слабые места. Возможно, не слишком честно и чисто, чтобы считать таких колдунов союзниками, но, совершенно точно, достаточно эффективно. Лойи о своих размышлениях она обязательно тоже расскажет, но, наверное, позже. Когда это будет к месту.

– Ну, что я могу сказать, ничего – тоже результат. Конечно, с тобой, я же сюда не на стены любоваться приехала, – да и было бы, в самом деле, на что любоваться. Она не знала, каким образом финансировали деятельность охотников в Исландии, но судя по виду этого Богами забытого места – со средствами у них было туго. Ну, или вкладывали они их во что-то другое. А могли хотя бы косметический ремонт сделать, что ли.
Здание было старым. Не то, чтобы неприлично древним по меркам двадцатипятилетней Фрейи, но, прямо скажем, обшарпанным изрядно. Если бы ее саму привели в такую клинику, она бы, наверное, развернулась еще у дверей и сказала бы, что выздоровела сама и такой медицины ей даром не надо. Но это избалованная хорошим сервисом дочка главы клана. А вот из местных смертных сюда наверняка кто-то приходил. Значит, как минимум, можно будет поискать карточки пациентов и после узнать у людей, не в курсе ли они, куда съехал медицинский центр. В общем, мыслей в голове было слишком для того, чтобы полноценно сосредоточиться хотя бы на одной, а Лойи, тем временем, пока она опять зависала и размышляла о своём, кажется, уже придумал для них план.

– В моём мире, мы должны быть тут как минимум не первыми. И когда ты успел проверить? Я же... А, впрочем, неважно. Неужели, здесь совсем нет школьников с жаждой приключений? – Она изобразила глубочайшую степень разочарования и пожала плечами. Залезть через окно в заброшенное помещение, где так и манят разбросанные скляночки, пробирки и пузырьки – чем не занятие для местной молодежи. На самом деле, Фрейя действительно была удивлена, что никто до них еще не забрался в том, чтобы забрать все интересное, что могло там остаться после предыдущих обитателей, но факт оставался фактом. – Хотя, если честно, я размышляла о том, чтобы просто попытаться выбить дверь.
Она, разумеется, помнила, каким даром может похвастаться Лойи, но привыкнуть к тому, чтобы рассчитывать на него в таких ситуациях пока просто не могла. Каким бы отличным тандемом они ни были, сработаться им бы не помешало однозначно. Впрочем, именно этим они, в целом, сейчас и занимались. Тем временем, кузен уже шагнул в тень, попросив ее не подходить близко. Фрейя улыбнулась сама себе, подумав, что мужчины всегда остаются мужчинами, и такая забота это даже где-то трогательно. Во всяком случае, для нее сейчас это можно было смело назвать важным.

Однако бесполезной оставаться не хотелось. Она все еще полагала, что наличие какой-то колдовской защиты на этом доме маловероятно,  и это могло как сыграть им на руку, так и, наоборот, подвести. Очень не хотелось бы, чтобы их сегодня вытащила из лаборатории полиция, приехавшая по тревожному звонку кого-нибудь из прохожих. Ожидания оправдались, окно ей открыл вполне себе целый Лойи, которого, очевидно, ничем неопознанным не задело.
– Читаешь мысли. Я думала о том, что она могла приезжать за какой-нибудь вакциной от гриппа. Будет смешно, если так, – смеётся Фрейя, оценивая пересечение их рассуждений. – Никогда не бывает полностью безопасно. Но на счёт полиции у меня есть идея, погоди.
Она сняла рюкзак с одного плеча и спустя секунд тридцать напряженного поиска чего-то в его недрах вытащила обычный белый мелок. В конце концов, сегодня они собирались "на дело", и хоть какую-то атрибутику с собой взять стоило, если оружие и набор юного туриста остались дома. Разумеется, правильнее всего было вырезать руны, но рисовать каждый раз оказывалось значительно удобнее.
Наскоро начертив на стене stunginn íss, руну нераскрытой кражи, которая, на ее вкус, в данном случае, подходила более всего, Фрейя закинула мел в карман куртки и полюбовалась результатам. Это даже в каком-то смысле тематично, рисовать кресты на помещениях, принадлежащих христианским воинам добра и света. Зарядив руну небольшим количеством энергии, которой должно было как раз хватить на то, чтобы редкие случайные прохожие не обращали внимания на шевеление внутри закрытой клиники, Фрейя схватилась за протянутую руку и не без труда забралась в помещение.

Всё-таки, Гудрун перестаралась с ночными тренировками. Или Фрейя была настолько далека от семейных видов спорта, что теперь еще неделю будет за это расплачиваться. Быстро сообразив, что скрыть страдания на лице получится вряд ли, колдунья поджала губы и поспешила пояснить.
– Мама несколько часов гоняла нас всей семьей по тренировочному полю, когда узнала, что в мой образовательный комплекс они забыли включить боевую подготовку. Теперь всё болит.
Фрейя развела руками. В конце концов, сегодня забегов не планировалось, поэтому вряд ли здесь кому-то помешает печать вселенской скорби на ее лице. Но рассказать стоило, как минимум, чтобы Лойи не принимал на свой счёт.

Внутри было... скучновато. Если это и в самом деле было место, где производили какие-то вакцины для охотников, то лаборатория, очевидно, находилась не в пределах приёмного покоя, а где-то дальше.
– Как-то всё не так. Где кресты, иконы, наборы осиновых кольев? – Фрейя осторожно прошла  к столу в углу первого же кабинета, в который они попали, и начала задумчиво перебирать бумаги. – Ничего интересного. Рецепты на простенькие лекарства, выписки из медицинских карт, пустые бланки. Сплошной мусор.
Надо было идти дальше. Впрочем, большинство дверей оставили распахнутыми, а пустующие кабинеты все, казалось, и вовсе были братьями-близнецами друг друга, настолько все здесь было одинаковым. Единственная прикрытая дверца и та оказалась входом в тесную смесь подсобки с кладовой, куда Фрейя, разумеется, тоже решила заглянуть, вооружившись фонариком на уже изрядно подсевшем телефоне. Мало ли, даже среди швабр и бытовой химии окажется что-то интересное.
Самым удивительным было то, что интересное и правда нашлось.

– Я так и знала! – победно выдала она, повышая голос чтобы привлечь внимание Лойи, который осматривал, кажется, сейчас другое помещение. На коробке, в которой сиротливо лежала только одна пробирка, и та совершенно пустая, было маркером выведено многозначительное "Серебряный настой". – Они думают, что мы вампиры. Все потеряно. Это секта поклонников фэнтези, а не последователи Инквизиции.

+1

5

Лойи рассмеялся, скорее от того, насколько близко к истине оказалась Фрейя. Конечно, та встреча с дочерью Сигурда окончилась не очень весело, но воспоминания о том, что она говорила тогда, все же поднимали настроение. Правда, не настолько, чтобы искать новой встречи. Вот например, ее удивленный возглас, когда Вигдис узнала, что с колдуном можно справиться, впрыснув ему в вену святую воду. Впрочем, сработала бы и не святая, да и подействовало бы с тем же успехом даже на папу римского. Лойи тогда собирался рассказать ей, что и осиновый кол в сердце вполне может сработать, но их так грубо и неуместно прервали. Сейчас тоже не пришлось радоваться слишком долго, потому что кузина заговорила о вещах слишком важных. Он задумчиво взлохматил свои волосы и ответил не сразу.
- Я давно задаю себе тот же вопрос. Если ублюдки из гулльвейгов тащят на наши земли каких-то венгерских богов, и считают это нормальным, то разве удивительно, если кто-то из либералов проникнется трогательной историей жертвенной смерти во имя блага всего человечества? Тем более, то, что обещают эти пастыри своим послушным овцам после смерти, многим кажется намного привлекательнее Хельхейма или Вальгаллы. Хотя, кажется, эта монашка напрочь отрицала возможность их сотрудничества, но не думаю  что ей докладывают обо всех политических ходах в этой партии.
Лойи виновато улыбнулся и пожал плечами: ну прибыл немного раньше, это иногда случается, когда не приходится следить за скоростными ограничениями на дорогах. За то, что дверь вышибать не пришлось, наверно, надо было извиниться отдельно, но он был уверен, что Фрейе сегодня еще предоставится возможность крушить: одно дело попасть в образцово-показательную часть здания, и совсем другое - проникнуть в его сердце. Вряд ли и дальше будет так же просто, но озвучивать пессимистические прогнозы совершенно не хотелось.
Что за став оказался на стене и чем он мог быть полезен, Лойи понятия не имел. Наверно, стоило на досуге подтянуть ту магию, которая не слишком хорошо давалась. Проблема была разве что в том, что либералы, охотники, диссертация, сейд и тени не давали досугу ни малейшей возможности появиться. Разве что по ночам, но по ночам случались то беседы со Всеотцом, то прогулки на яхте с Фрейей. Он сел на подоконник, чтобы лучше рассмотреть результат и довольно улыбающуюся кузину. Второе казалось интереснее: нет, у рун не было ни единого шанса. Закончив с этой магией, сестра наконец забралась внутрь и поведала трагическую историю. Кто был главным трагическим героем - страдающая дочь или свихнувшаяся мать - сказать было сложно, но Шекспир бы рыдал, это точно.
- Она совсем спятила? Думаешь, если я выпишу успокоительные, ты сможешь незаметно и регулярно подсыпать их ей в еду?
Или здесь надо было что-то позабористее? Интересно, эта женщина и в самом деле считала, что единственное умение, которого не хватало ее дочке во время вмтречи с гулльвейгами - это быстро убегать? Что-то Лойи не припоминал, чтобы она воспитывала эту привычку в своих детях на собственном примере.
Он прошелся вдоль коридора, заглядывая в почти одинаковые кабинеты, различавшиеся только табличками на дверях, до ведущей на второй этаж лестницы и обратно. Результаты не впечатляли.
- Вот именно, - Лойи едва ли заметил, что сказал это вслух, но слова Фрейи были настолько близки к тому, что беспокоило его самого, что вполне можно было представить, что диалог происходит у него в голове. Впрочем, он быстро очнулся и обратился уже к сестре. - Слишком все... нормально, правильно и не вызывает вопросов. Кроме того, почему эти милые законопослушные люди сбежали, даже не прибравшись за собой. Что-то здесь точно есть. Что-то, чего не увидят смертные посетители или контролеры, даже если случайно зайдут в двери "только для персонала". Поищем подвалы, скрытые иллюзиями?
Почему-то он был уверен, что непременно должны быть именно подвалы. Лучше катакомбы. Холодные, темные и сырые. Но указателя на катакомбы не было, формулы, которые иногда помогали развеять сейд, тоже не работали, и время шло, посмеиваясь над его бездарными попытками голосом Вигдис и вставляя ехидные комментарии голосом Гудрун. Вот почему Лойи охотно обменял это на голос Фрейи, тем более, что он, в отличие от этих, был настоящим и предвещал хоть какую-то находку.
Находка оказалась дурацкой. Нет, правда, Лойи пытался подобрать другое слово, но получалось только так.
- Серебряный настой? Что за... - он протянул руку, собираясь взять пробирку из коробки, но та не поддалась, а неожиданно провернулась, как будто была ключом.  - ...бред.
Стена за их спинами дрогнула и разошлась, образуя проем в форме креста. Над проходом неярко, но вполне различимо засветился рисунок - барельеф, точнее: факел в зубах неприятно правдоподобно изображенной собачьей головы.
Ну вот, другое дело.
В проеме виднелись первые ступени лестницы, ведущей вверх. Значит, не подвал. Дополнительный этаж между теми, которые заметны ничего не подозревающим посетителям? Ну что же, да будет так. Лойи вытащил из кармана фонарик, который носил с собой, пожалуй, с тех пор, когда понял, что тень можно найти везде, где есть свет, если светить правильно. Фонарь он молча протянул Фрейе: намного удобнее, чем телефон - а сам подошел, всматриваясь в проявившийся на стене рисунок.
- Псы господни, domini canes. Что ты там говорила про инквизицию?
Лойи потянулся и вытащил из собачьей пасти то, что прикидывалось факелом. Не фонарь, конечно, но свет дает приличный, и тени тоже - а чего еще надо? Псина, кажется, не возражала, странной формы дверь тоже не закрылась, а значит, туда им и надо было. Лойи пошел вперед, не задумываясь, и обернулся только тогда, когда с лязгом и грохотом, показавшимися оглушительными в окружавшей их тишине, дверь захлопнулась за спиной Фрейи.
- Со спецэффектами явно перебор, - поделился он невольно пришедшей в голову мыслью. - Очевидный китч, а чувство вкуса должно бы присутствовать даже...
Где-то на этом голос сдался и пропал, а вместе с ним пропало и дыхание. Лойи попробовал сделать вдох, но воздух вокруг как будто перестал быть воздухом или попросту исчез. Он инстинктивно схватился за горло, как будто это могло помочь. Мысли вспыхивали в голове и тут же гасли: ни одной полезной. Надо было думать, надо было вспомнить, что Вигдис говорила о способах отличать колдунов от всех прочих. Надо было учесть, что если бы охотники были идиотами, они бы здесь не выжили, а ведь только идиот оставит без защиты даже покинутый дом. Надо было...

Отредактировано Logi Helson (2017-11-08 00:01:37)

+1

6

Беседа как-то незаметно для нее самой перетекает в совершенно лишенное всякого юмора русло, и Фрейя угасает, мысленно возвращаясь к засевшим в голове совершенно нерадужным размышлениям.
– Просто, в сущности, какая для них разница? Если уже не наши Боги, то... любые другие. В том числе и христианский. Тем более, именно у него в мире больше всего последователей. Да что там, в мире, в нашей же стране, – она грустно улыбается, подставляя лицо ветру и на несколько секунд прикрывая глаза, чтобы сосредоточиться на своей мысли. – Если не только Боги важны для нас, но и мы для Богов, то все кланы, предавшие веру, ослабляют и Асов, а каждый, перешедший на чужую сторону, сам отказывается от первозданной магии. Но это всё лирика. Знаешь, на самом деле, я думаю, что если охотники – действительно не сборище фанатиков, а хоть сколько-нибудь серьёзная организация, их волнуют, в первую очередь, вопросы выживаемости. А значит они точно готовы заручиться поддержкой тех, кто сильнее, что бы там не говорила тебе та девчонка.
Сама Фрейя в охотников верила ничуть не меньше, чем в Асов и концепцию девяти миров. Как минимум потому, что видела их своими глазами больше одного раза, и потому, что даже у нее были с ними счёты, которые следовало свести. И не только у нее, на самом деле. Сколько она слышала историй про маньяков и фанатиков, которыми старшие стыдливо прикрывали опасность, которую, в сущности, сами навлекли на себя и разобщением колдовского мира, и сотней поспешных решений. Взять хотя бы Эйтоура, регента Фрейров. Вот уж кто точно закрывал глаза на очевидное, и таких, как он, было множество.
Всегда проще получше зажмурить глаза, чем признать существование длинного списка собственных косяков. Впрочем, в стане консерваторов с этим было проще, на Советах она слышала, как периодически поднимается вопрос охотников и кто-то даже рвётся выяснить, как обстоят дела на самом деле. Дальше слов, традиционно, естественно не заходит. Но, может, если они что-то найдут в этом странном месте, то появится хоть какой-то шанс?

Тем временем, реакция Лойи на рассказы про воспитательные методы Гудрун была бесценной. Силясь не слишком сильно хохотать, потому что от смеха начинали болеть все мышцы в районе брюшной полости сразу, Фрейя постаралась изобразить осуждающий и разочарованный взгляд в стиле мамы. Скажи кузен ей что-то подобное лично, и ему бы уже непременно досталось.
Пока не совсем, но уже пообещала мне личные тренировки. Правда, есть вариант согласиться на телохранителей, но Бриньяр не переживёт такого наказания, поэтому я просто обязана попробовать. Но успокоительные это не такая уж плохая идея. Думаю, папа бы нам помог, – она перешла на заговорщицкий шепот. – Это тайна, но у него даже есть собственное секретное оружие – сильное снотворное в ампулах. Зато она моментально успокаивается. Не знаю, правда, как отец вообще выжил после таких финтов.
История, конечно, выходила довольно комичной, но вместе с тем в их доме на самом деле трудно было существовать не имея здоровой самоиронии и чувства юмора. Они бы все с ума сошли, если бы время от времени не спускали пар. А все, что делала мать, в итоге обычно приводила к весьма действенному результату, поэтому, может быть, тренировки могли пойти на пользу. Если, конечно, у нее что-то и получится. Будет потом, хотя бы, от охотников с крестами отбиваться.

Поиск подвалов с иллюзиями она оставила на совести Лойи и в этом оказалась совершенно права. Прямо здесь, на этом этаже, точно не было никакого сейда или чего-то еще хотя бы слегка мощнее, чем ее нарисованная на стене у окна руна. А это, между прочим, был уровень старшей школы, потому что ничего значительно сильнее в этом смысле Фрейя не умела. Кроме какой-то общей информации из учебников и домашней библиотеке она знала только сотню и один вариант ставов на запечатывание захоронений, которыми с удовольствием делился с ней дядя Оддгейр, когда она просила подкинуть что-то интересное по части рун. А так как хоронить пока никого, она так надеялась, не грозило, знания тоже были неактуальны. Может когда-нибудь, если они решат навестить Йона на том самом кладбище...

Но пока - нет. Только практически пустая коробка со смешной подписью, и больше ничего. Или не совсем ничего?
Стена расходилась с противнейшим скрипом и вообще выглядела довольно зловеще. Как раз в стиле тех фильмов, о которых она вспоминала, пока они были еще на улице. Напомнив себе, что с желаниями и предположениями надо быть поосторожнее, потому что они имеют противнейшее свойство сбываться, Фрейя развернулась в сторону проёма и эхом повторила за Лойи: – Бред. Больной бред, и мы с тобой надышались какой-то дряни, если всё это видим.
Кресты, какие-то светящиеся рисунки на стенах... Нет, конечно, среди ведьм такие эффектные жесты тоже использовались, но от охотников она, честно сказать, ждала чего-то большего.

– Впечатляюще, почти как в старом английском романе. Уверена, еретиков здесь должны мечтать по-старинке жечь на кострах, – хмуро вздыхает она, принимая фонарик и перекладывая телефон в карман. Необходимость в лишнем источнике света появляется сразу же, как только  она перестает рассматривать изображение пса и проскальзывает в проём, вслед за братом. Как раз вовремя успевает, надо сказать, потому как спустя пару секунд стены схлопываются обратно, едва не зажевав ее собственный рюкзак. А еще через несколько мгновений, еще до того, как она открывает рот, чтобы оставить едкий комментарий на тему отсутствия стиля у современных инквизиторов, пропадает воздух.
Вместе с этим, будто подтверждая отсутствие кислорода, с коротким шипением гаснет фонарь в руках Лойи. Их как будто накрыли куполом. Первой накрывает паника. Последний раз она чувствовала себя так лет десять назад, на посвящении, но тогда в легкие ещё и затекала вода, а сейчас такое чувство, что воздух просто испарился.
Изображение перед глазами подёргивается мутной пеленой и меркнет, и только воспоминание о посвящении и вид то ли бледнеющего, то ли уже синеющего кузена, резко вытаскивает ее из ступора. Фонарик со звоном стукается об пол, а Фрейя разве что вслух не может обругать себя за медленную реакцию.
Безмозглая дура. Воздух! Что могло быть проще!
В принципе, достаточно ясно мыслить сейчас ей давало только умение задерживать дыхание на срок чуть дольше, чем делали это неподготовленные люди, несмотря на то, что тут она и вдохнуть-то хорошенько не успела. Разбираться в том, какова природа происходящего, времени не было от слова совсем, поэтому колдунья просто напряглась и поймав, буквально, за хвост, уже покидающее сознание, начала бессистемно наполнять пространство воздухом. Им повезло, что здесь в стенах было множество щелей и воздушным потокам было, откуда попасть в коридор с лестницей, иначе бы из ничего она точно не смогла бы создать ветер. На всё про всё уходит где-то около минуты: ещё чуть-чуть и можно было задохнуться.

Она приходит в себя уже сидя на полу, упершись спиной о стенку, в которой еще недавно был дверной проём, и сгибается в приступе кашля.
– Лойи? В порядке? – фонарик при падении ожидаемо выключился, поэтому находились они теперь в малоприятном полумраке, однако даже так было видно, что кузен жив и даже относительно здоров, это весьма радует. Нет, определённо необходимо научиться быстрее реагировать, иначе когда-нибудь лишние десять секунд раздумий будут стоит жизни или ей, или кому-то из близких ей людей. – Извини, я как-то не сразу сообразила.
Фрейя с усилием поднимается на ноги, подбирает фонарик и светит на лестницу: дверь. Ожидаемо, иначе тут не было бы так невыносимо темно. Воздух все еще аккумулируется внутри коридора, поэтому она просто резко усиливает поток, одновременно чихая от поднятой ими пыли, и дверь с жутким грохотом распахивается, врезаясь в стену, и открывая следующее помещение, хотя бы более-менее нормально освещенное.
– Так-то лучше. Надо бы понять, что это было вообще, – она оглядывается на Лойи и поджимает губы. – Ты мог уйти обратно туда, где был воздух, и тебе следовало это сделать, а не рисковать в надежде, что я очнусь быстрее, чем задохнемся мы вдвоем.

Тем временем за спиной у кузена теперь видно, что стена покрыта длинной выдолбленной прямо в камне вязью, видиомо, на латыни. Примерно так ставили защитные заклинания рунами, но христиане же, кажется, не колдуют. Или?..
– Смотри. Похоже у них всё-таки есть какая-то своя магия.

+1

7

Если Фрейя могла смеяться над своим незавидным положением, значит, не все было совсем уж безнадежно. Правда, то, как она походила на мать, когда передразнивала ее, немного пугало: рано или поздно сходство могло выйти за рамки внешности.
- Надо еще прищуриваться презрительно, тогда будет похоже. Вот так, - Лойи показал, как, и тоже усмехнулся. - И чему она планирует тебя учить?
Хотя бы стрелять, или будете изучать мечи и копья, популярные в годы ее юности?
- он покачал головой, прекрасно понимая, насколько своеобразные у Гудрун представления о драках между колдунами, и что вполне возможно, в люди Фрейя скоро будет выходить исключительно в доспехах в стиле Бориса Валеджио. Ну или наоборот, в костюме, которому позавидовал бы любой крестоносец. - Если будет слишком усердствовать, скажи, что поедешь погостить у тети Эльвы. Мы тебя спрячем, пока обострение не закончится.
То, что охотники любили показуху, его как раз не слишком удивляло. Может быть, в чем-то он был с ними согласен: эти ребята делали ставку на смертных, смертные очень впечатлительны, и если хочешь привлечь их на свою сторону, их надо впечатлять. Вот только костер Лойи не устраивал. Внутри костра едва ли была хоть одна тень. Хорошо, что пока что никто из встреченных психов до такого не додумался, а Вигдис так вообще лично пообещала обойтись именно без костра. Удобно обещать, когда ты связан, а тебе в висок смотрит дуло пистолета.

Воздух опять стал проникать в легкие как раз тогда, когда Лойи готов был уже плюнуть на все и перекреститься в последней надежде на то, что эта идиотская ловушка была рассчитана на отсеивание христиан ото всех остальных таким вот нехитрым способом. Или не готов. Сейчас, когда он наконец один за другим делал жадные вдохи, думалось что нет, так глупо предать своих богов он не смог бы, но где-то в памяти копошилось болезненное воспоминание о том чувстве беспомощности, которое еще минуту назад душило его веру так же, как недостаток воздуха душил тело. Можно было спасти себя - и убить этим сестру. Можно было попробовать сбежать вместе с ней - и почти наверняка убить сестру. Можно было потащить ее куда-то дальше, в надежде, что там будет, чем дышать - и убить сестру и себя заодно быстрее и вернее. Лойи приказал памяти заткнуться, увереннее встал на ноги, перестав наконец опираться о стену и кивнул.
- Все нормально. Черт, какой смысл убивать всех, кто сюда заходит и не готов дышать без воздуха? Или мы должны были нацепить на шею кресты перед входом, может, у них это вроде бахил? Или они поставили это перед уходом, но почему бы просто не уничтожить то  что там дальше. Разве что, - пришедшая в голову догадка ему совсем не понравилась, и он даже не решился сразу озвучить это, но иначе паззл не складывался вообще. - Разве что они ушли недалеко и собираются вернуться.
То подобие факела, которое он до сих пор сжимал в руке, стало теперь совершенно бесполезным. Вроде бы, и огонь был только имитацией, но ведь все равно погас, как только не стало кислорода. А может, дело в том, что такая магия и не должна действовать в руках еретика, ну или кем он там являлся в картине мира таких, как Вигдис и ее родня? Не важно, главное, что палка эта была теперь беспллезна, и Лойи отшвырнул ее без зазрения совести, освобождая руки. И, пока он возился, Фрейя пришла в себя настолько, что решила предъявить неожиданные претензии. Он сунул руки в карманы, нахмурился почти как в детстве делал это, и выразительно хмыкнул.
- Извини, - ответил, даже не пытаясь скрыть сарказм. - Как-то не сразу сообразил.
Хорошего же мнения о нем в доме Ньорда, если Гудрун считает, что он рискует жизнью Фрейи только ради собственного развлечения, а сама кузина дополняет это тем, что он может еще и сбежать, бросив ее, как только что-то пойдет не по плану. И что теперь, давать клятвы, как давал их Альде? Но с сестрой казалось естественным разговаривать именно так, перемежая речь клятвами на крови или еще чем-то таким, она наполовину жила в таком мире, где это не казалось излишеством. С Фрейей же этот пафос казался глупым и неуместным, она была совсем другой, совсем живой и настоящей и, казалось, понимала с полуслова.
Впрочем, у Лойи не было привычки разочаровываться в людях раз и навсегда из-за одного неприятного эпизода, да и сестра, наверно, перепугалась  а от страха и не того наговоришь. В общем, время для обид было совершенно неподходящим, стоило сосредоточиться на том, что еще подготовили гостям эти милые люди.
- Конечно, у них есть магия, - он удивленно посмотрел на сестру, а потом попытался разобрать то, что было написано на стене  вглядываясь в буквы и ощупывая их пальцами. - Не могут же все рассказы о чудесах, исцелениях, превращениях воды в вино и хождении по воде быть ложью. И фокус с воскрешением неплохо удавался им еще пару тысяч лет назад. Не знаю, как это работает на самом деле, но даже если их покровитель изначально существовал только в фантазии людей, их вера сделала его реальностью. Миллиарды людей, миллионы искренних молитв каждый день, тысячи жрецов, сотни человеческих жертв в религиозных войнах и охотах на ведьм... Их магия ничуть не слабее нашей, просто исходит из другого источника. Поэтому мы никогда не сможем просто мирно сосуществовать, как мирно сосуществуем со смертными. Или они уйдут из Исландии - или мы.
Через пару минут напряженных умственных усилий Лойи сдался. Незнакомый язык, не имеющий ничего общего с исландским и слишком долекое родство с английским, никак не желал поддаваться, и даже если отдельные слова казались знакомыми, вспомнить их значение было нереально, а уж тем более связать их смыслом. Он развел руками, признавая поражение.
- Боюсь, мои знания латыни ограничиваются медицинскими терминами и, может, еще попсовыми фразами вроде Morituri te salutant. Этого, вроде, не написано, что уже хороший знак, но чтобы понять смысл этой тарабарщины, нужен переводчик.
На всякий случай Лойи достал телефон, взглянул на экран и положил обратно в карман. Сети не было, а значит не было и самого захудалого словаря. Это казалось проблемой, но уже через секунду, когда он хотел предложить просто пойти дальше, не тратя времени на дешифровку, быть может  просто какого-нибудь очередного священного текста о том, как плохо продавать душу дьяволу и рождаться колдуном, перестало. Потому что сверху  оттуда, куда вели ступени, послышались звуки  больше всего напоминавшие глухое рычание сторожевого пса.
- Здесь не может быть кого-то живого, это морок, - Лойи растерянно посмотрел на сестру, на всякий случай доставая нож. - Это же морок?

+1

8

Фрейя отзеркаливает фирменный материнский прищур, безуспешно пытаясь сохранить серьёзное выражение лица и попутно удивляясь тому, как она могла такое забыть. Хотя на самом деле ситуация была не слишком смешной и тем, что ждёт ее на тренировках, ребята из боевых групп уже успели колдунью изрядно запугать. Во всяком случае, они утверждали, что Фрейе на поле придётся еще тяжелее чем им, потому что Гудрун славилась, буквально, своей безжалостностью. Но, право слово, не будет же она колотить дочь палкой или возить ее лицом по асфальту? Бред какой-то.
– После первого же занятия расскажу. В крайнем случае, буду постоянно таскать на спине двуручник. По-моему, это будет пугающе и враги сами от меня разбегутся, от греха подальше, – в арсенале были и мечи, и копья, и старое стрелковое оружие, и какие-то топоры с булавами, так что вариантов вырисовывалось множество. И это помимо самых банальных пистолетов разных калибров. – Да ладно тебе, Оддгейр с Эльвой вернут меня домой сразу же, когда поймут, что это нарушило планы Гудрун. Им еще дорого ваше семейное поместье.
Да и обострение уже, увы, вряд ли закончится. Впрочем, Лойи это всё наверняка не коснётся, а жаловаться на жизнь пора было прекращать. Поплакалась и хватит, достаточно.

Если представить, что защитная магия на этом помещении работала также, как в любом из колдовских домов, зачарованных специальными чарами, вроде антивандальных, то кресты бы тут вряд ли помогли, хотя вариант стоило рассмотреть хотя бы как гипотетический. Скорее всего, здесь было что-то, другое, что-то вроде..
– Может быть, перед входом надо было просто отключить защиту. Она вполне могла реагировать на какую-нибудь молитву или вообще работать чуть ли не от кнопки. Даже факел, – она пнула упавшую ей под ноги палку, запустив ее в стену. – И тот мог оказаться рычагом. Теперь мы вряд ли узнаем, если только не приведем сюда группу из парочки клановых исследователей.
Мысль о том, что охотники, действительно, могли вернуться, да еще и в самый неподходящий момент, слегка напрягала, но не так уж сильно. Им двоим должно было просто чрезвычайно повести, чтобы это случилось именно сегодня, именно в этот час и именно тогда, когда они находились практически у входа в "сокровищницу".
– Возможно, они просто не смогли перевезти все вещи и решили, что отсюда они точно никуда не пропадут. Во всяком случае, это даёт надежду на то, что дальше мы обнаружим не голые стены. Стали бы защищать пустое помещение?

Впрочем, стоило посмотреть, что было дальше, а не стоять и дальше обсуждать причины и следствия. Стоило бы, но опять возникла проблема: это выражение лица. Фрейя  помнила его с самого детства, когда они ещё только таскали конфеты у поварих на кухне и постоянно задирали друг друга по поводу и без, и имела счастье лицезреть то, как Лойи выражает крайнюю степень недовольства происходящим. Она даже воспроизвести его могла практически также успешно, как все привычные вздохи и взгляды Гудрун, настолько оно было говорящим.
В общем, свою ошибку она поняла сразу. Стоило, наверное, промолчать, или подобрать какие-то другие слова, но её хватило только на то, чтобы озвучить мысль в ее чистом виде. Кузен, правда, очевидно обиделся и не совсем оценил ее порыва. А значит, надо было объяснить, или хотя бы попытаться. Фрейя пару секунд помолчала, задумчиво закусывая внутреннюю сторону щеки, а потом подошла к Лойи поближе.
– Ладно, не надо так. Я не то имела в виду, или выразилась неверно, – на самом деле, она и сама не знает, как пояснить свою мысль правильно. Она осторожно касается его предплечий чуть выше запястья, проводит пальцами по коже, и, склонив голову на бок, тихо продолжает. – Я просто боюсь. Боюсь, что когда-нибудь ты или кто-то другой из близких мне людей окажется в беде только потому, что не хотел оставлять меня. Я же не переживу. Вот и начинаю читать такие нотации.

Фрейя грустно улыбается и отходит обратно на пару шагов назад, чтобы вернуться, наконец, к делу, и не начинать длинных разговоров о грустном. В конце концов, для таких бесед было определённое время и место, и коридор дома, принадлежащего охотникам, мог бы стать таким разве что в дешевом сериале, и никак не в реальной жизни. Надписи были занимательными настолько же, насколько непонятными. У нее даже латыни в университете не было, только английский, а руны или что-то вроде них это всё напоминало крайне мало.
– Чудеса. Их церковь же, вроде бы, против ведьм. "Ворожеи не оставляй в живых", и всё такое. Впрочем, ты прав, вера и рабское мировоззрение подопечных давно сделало их покровителя едва ли не равным нашим по силе, – если не сильнее. –  Просто странно, что они так спокойно используют подобные вещи. Как там отделяют ведьм из числа дьявольских отродий от божественных чудотворцев? Или это вроде наших посвящений: не всплыл, не взлетел – не был благословлён, до свидания. В общем, я бы с ними поболтала. Жаль, что шанс просто поговорить представится вряд ли.
И лучше бы не представлялся, в самом деле. Им давно бы стоило всем понять, что разговаривать с фанатиками – гиблое дело, которое не приводит ни к чему хорошему. С психами лучше не спорить, а для верности и вовсе молчать, расстреливая их из снайперской винтовки с какой-нибудь крыши.
– Можно попробовать отнести специалистам. Здесь, скорее всего, еще и какой-нибудь древний вариант латыни, так что нам даже интернет вряд ли чем-то поможет, – она пожимает плечами и достает убранный было телефон обратно. Хотя бы сфотографирует, что ли. Потом можно будет найти в сети кого-то, кто сможет разобраться в происходящем лучше них. – Главное не напороться на охотника в поисках. Вот неудобно-то будет.
В крайнем случае, сама посидит над книжками. Это скучновато, но не ей говорить об отсутствии усидчивости, потому что во времена учебы приходилось часами сидеть и не над таким. Переводы наверняка веселее, чем курс сопротивления материалов, например.

А еще веселее, разумеется, собачье рычание наверху. Собак Фрейя, в целом, не боялась, но, увы, слишком хорошо представляла себе, что такое хорошо натасканный сторожевой пёс и во что может вылиться встреча с ним. Но проверить стоило. Она почти не дыша тихонько поднимается на несколько ступеней выше и, убрав фонарь за пояс, начала шепотом читать простенькую формулу на обнаружение иллюзий, из числа эльфийских.
– Не морок, – у неё разве что бровь не дёргается от того, сколько здесь уже понапичкано всякой дряни. А они ведь только зашли. – Или очень хороший морок. Но тогда его тут кто-то должен поддерживать. Слушай, ну не могли же они уйти и оставить собаку? Не понимаю. Может, оно не живое?
Фрейя с опаской поглядывает в сторону дверного проёма, но всё-таки решает, что позиция у них сейчас стратегически невыгодная и надо подниматься наверх. Лойи, по её мнению, должен и сам это понимать, поэтому кивка в сторону помещения вверх по лестнице достаточно без лишних обсуждений.
– Колдуны мы или кто? Что, с собакой не управимся?

В конце концов, собаку всегда можно заставить уснуть. С этими мыслями Фрейя и поднимается наверх, прокручивая в голове все возможные виды защиты от животных. Нож – это слишком сложно и слишком грязно, когда у тебя есть магия, но на всякий случай пригодится и он. Во всяком случае, идти она старается так, чтобы Лойи был рядом, по левую руку, и мог, в случае чего, воспользоваться своим старым добрым другом.
Однако вместо того, чтобы, чуть заглянув в помещение, тут же начать читать соответствующие заклятия, Фрейя на секунду зависает, а потом, забыв уже обо всем на свете, просто бросается внутрь. Потому что внутри, недалеко от входа, стоит огромная клетка с прикованным цепями и глухо рычащим волком, знакомым настолько, насколько вообще можно назвать знакомым дикое животное.
– Гери! – что тут делает волк Раннвейг, сказать пока трудно, но совершенно точно только одно: животное находится в плачевном состоянии, и даже рычит, буквально, из последних сил. Фрейя, не боясь, просовывает руки сквозь прутья клетки, закапываясь пальцами в шерсть Гери, который к тому моменту уже узнает не самую редкую гостью дома Одина, и только тихо скулит. – Тут кровь запеклась. Твари, какие же они твари... Неужели решили, что даже в волке есть что-то волшебное?
У колдуньи чуть ли не слёзы на глаза наворачиваются от злости и бессилия. Почему-то животных всегда было жалко больше, чем людей, так уж получалось, а охотники теперь представлялись и вовсе существами, морали и нравственности лишенными начисто. Хотя, казалось бы, об этом можно было бы задуматься уже тогда, когда ее, безоружную, впервые пинали по рёбрам, но сейчас как-то всё более очевидно. Не переставая ласково поглаживать уже немолодого волка, который когда-то катал её маленькую на спине, она оборачивается к брату, всё ещё стараясь не расклеиться и не заплакать.
– Надо найти ключ, вытащить Гери и срочно позвонить Раннвейг. Она наверняка там уже с ума сошла и разнесла половину дома, – жрицу Фрейя знает достаточно хорошо, поэтому понимает, что такая пропажа для дома Одина явно обернулась немалыми неприятностями. Как минимум потому, что у них не было помещения со звукоизоляцией, в которое можно было бы поместить её бушующую родственницу. Но телефон, после фотосессии с христианскими заклинаниями убранный в карман джинсов, как назло утверждает, что сети до сих пор нет. Придётся ждать, пока они смогут выбраться наружу. А пока разобраться с клеткой и рассмотреть, наконец, довольно просторную лабораторию.

+2

9

Отключить защиту было отнюдь не самой плохой идеей. К сожалению, перед входом не было ни одного очевидного рубильника, даже подписанного на латыни, и если бы не совершенная абсурдность надписи на коробке, которая, скорее всего, была не более чем проявлением специфического охотничьего чувства юмора, вход бы они тоже не нашли. Лойи задумчиво потер подбородок.
- Это даже странно, но я не знаю ни одной христианской молитвы. Да и вообще никогда не понимал, зачем заучивать написанные кем-то слова, чтобы поговорить с богом. Так что, видимо, придется и дальше просто идти напролом, надеясь, что если и заденет, то не слишком сильно.
По всему выходило, что здесь действительно нужен подготовленный отряд. Но сразу же упиралось в другую проблему: подготовленных к христианской магии колдунов в Исландии - как ни хотелось бы избежать каламбура - днем с огнем искать. Разве что в либеральных кланах, но сейчас такая возможность сотрудничества представлялась даже не невозможной, а попросту смешной. Кроме того, Фрейя была абсолютно права в том, что, если переезд еще не закончен, то собирать группу было просто некогда, надо было взять хотя бы что-то из того, что здесь оставалось, чтобы не позволить охотникам опять превратиться в страшную сказку для непослушных детей. В общем, надо было действовать, а значит, и всякие смертельные обиды отложить на потом, может быть, на столько, пока они сами собой не забудутся. Лойи покачал головой и только улыбнулся в ответ на слова кузины, которые, может быть, даже можно было принять за признание неправоты. При достаточно богатой фантазии.
- Не скажу за других, но лично я оказываюсь в неприятностях исключительно по своему добровольному и взвешенному выбору. Те, кто от них прячутся, живут дольше, но только потому, что никто не хочет иметь дело с такими занудами, даже смерть. Помнишь? Ты обещала не забывать, - он умудрился успеть поцеловать ее в макушку до того, как Фрейя предприняла спасительный отступательный маневр. - Все мы будем жить вечно, но только до тех пор, пока не умрем.
Шанс поговорить с охотниками у них все же был. Другое дело, что теперь Лойи не слишком спешил им воспользоваться. Убеждать в чем-то это сборище, которое даже Вигдис характеризовала как толпу с вилами и факелами, или пытаться понять их с некоторых пор стало нентересно. Пусть верят, во что хотят - но делают это подальше от Исландии, там, где почти уничтожили любую конкуренцию еще в темные века и, разумеется, теперь использовали магию совершенно спокойно, понимая, что никто не посмеет задать им неудобные вопросы.
- У них были столетия на упражнения в софистике, думаю, сейчас любой церковник без труда приведет какие-нибудь убедительные доказательства того, что магия и чудеса их святых суть вещи совершенно разные. Или, если попадется кто попроще, и доказать не сможет, просто прикончит тебя за то, что ты права. После того, как эта стратегия сработала у них с Джоржано Бруно, сложно заставить от нее отказаться.
Лойи кивнул, в очередной раз признавая, что Фрейя действует разумнее и логичнее, чем он. Самому бы вряд ли пришло в голову запечатлеть это латинское граффити и порадовать им того, кто в состоянии понять, о чем речь, а ведь это может оказаться не худшим свидетельством  чем те  которые есть шанс обнаружить дальше. Если кто-нибудь не сожрет их по дороге. Еще какое-то время он медлил, но кузина не оставила выбора, когда продолжила подниматься, так что он двинулся вперед, стараясь не отставать. Справиться с собакой несложно, но только если это и в самом деле собака, из плоти и крови, но люди ушли из этого здания не вчера, и едва ли животное действительно долго протянуло бы без еды и воды. В лучшем случае, оно действительно мертвое - с бодрыми мертвецами им сталкиваться уже приходилось, так что как-нибудь разберутся - в худшем, это что-то вроде...
- Гери? Что здесь делать волку из святилища Одина? - что-то вроде именно этого, необъяснимого, но знакомого, того, что не вызывает опасений, а только желание освободить или протянуть руки. - Но... Это не может быть именно он, верно?
Лойи хотел одернуть Фрейю сразу же, как она приблизилась к клетке, но, если уж быть последовательным, надо было помнить хотя бы о том, что он сам вещал несколькими минутами раньше и лестничным пролетом ниже. Кажется, что-то из философии фатализма, и почему к себе такое применяется всегда намного проще, чем к другим? Волк, впрочем, не казался агрессивным. Интересно, мог ли он и в самом деле быть зверем из храма Одина? Лойи помнил, что там был кто-то похожий, помнил даже как кормил его котлетой из биг-мака, но узнать в лицо? Нет, на это он точно не был способен. Посомневавшись еще несколько секунд он, наконец, решился.
- Ладно, давай попробуем так.
Нож, извлеченный из ножен еще на лестнице, пригодился, пусть и не так, как планировалось. Как бы там ни было, а кровь - отличная база для любой магии, даже самой простой она придавала некоторую весомость и силу. Руны, которые чертил Лойи как раз и были из простых - разве что не из тех, которые учат в школе, ведь по странному умозаключению составителей школьной программы, детям вовсе не обязательео открывать любые замки, даже если ключей под рукой не оказалось. Впрочем, школа никогда не была для любознательных единственным источником знаний, а в том, что касалось таких полезных вещей, любознательности у сына Хель всегда хватало.
Закончив, Лойи сунул палец в рот, чтобы остановит кровь, и наблюдал, как нехитрый рисунок засветился, мигнул и... ничего. Магия, которая запечатывала замок, и не думала поддаваться, а искать маленький ключ в большом доме, даже не будучи уверенными, что он здесь, казалось развлечением на любителя. Намного более сложные рунические ставы наверняка могли бы призвать предмет, но этот уровень оставался где-то за границами досягаемого.
  - Видимо, они подозревали, что это не просто случайно гуляющий по окрестностям Рейкьявика волк. Выходит, охотились специально и где-то неподалеку от святилища? - Если клану Одина и этого будет недостаточно, чтобы наконец заняться проблемой всерьез, то он даже не знал, что еще им нужно, разве что очистительные костры на главной площади Коупавогюра. - Думаешь, если немного увеличить давление воздуха внутри замка, его сможет просто разорвать? Или хотя бы повредить механизм?
Если нет, придется действительно звать Раннвейг, и, вроде бы она даже имеет на это право. С другой стороны, если это сделать, здесь станет довольно... шумно.

+1

10

Обижался Лойи, кажется, не слишком сильно, хотя бы потому, что обиженные люди обычно не начинают улыбаться так скоро, а продолжают хмуриться и  фыркать, во всяком случае, в ответ на такие слабенькие извинения.
– Всё помню и больше не буду заводить эту песню, – впрочем, обещать она всё-таки не стала, потому что в смысле легкого занудства и беспокойства о родных иногда не могла себя сдерживать совершенно никак. Её, в общем-то, какие собственные проблемы и раньше пугали не слишком сильно, а уж после того, как она один раз успела умереть, тем более, а вот чужие всё ещё напрягали немало. Отходя, она просто продолжает улыбаться и думает о том, что, хоть поцелуй в макушку это очень даже приятный вариант реакции на нравоучения, экспериментировать в ближайшее время больше не стоит. Тем более о собственной безопасности брату наверняка предложат подумать еще раз сто все окружающие, например, её мама. Вероятно, не в самой лояльной форме.

Перспектива оказаться сожженной посреди какой-нибудь площади, даже если потом на этом месте воздвигнут памятник, радовала мало. У Лойи было слегка больше опыта общения с охотниками, не сказать, чтобы очень позитивного, поэтому раз даже он считал, что разговаривать с ними суть бесполезно, значит так и было. Как минимум потому, что представить себе человека, которому кузен не мог заговорить зубы даже приложив максимум усилий, было сложно, и такой уж точно должен быть готов разбить лоб о Папский Престол в Ватикане.
– В таком случае, им можно только позавидовать. Насколько же сильна у людей вера в собственное божество, если они готовы за него и игнорировать элементарную логику, и убивать, и бросать все, чтобы уехать в чужую страну и очистить всё от скверны. Просто представь – нашим либералам стоило бы поучиться такой уверенности в себе и в своей религии.
В сущности, их Боги не были столь агрессивны и не завещали навешивать ярлыки абсолютно на всех людей, пытаясь разбудить в них истинную веру. Тут скорее наоборот: благословение нужно было заслужить, оно не выдавалось авансом, и, вполне вероятно, именно из-за этого слабые духом, к которым Фрейя и причисляла многочисленных вероотступников, искали утешения в чужой магии. Гораздо проще было пользоваться тем, что, как настоящее искушение, подносили на блюдечке, чем долго и старательно добиваться контакта с покровителем, проходя сотню испытаний на пути к просветлению. Не то, то здесь: захотел, и тебе простили грехи, захотел – вот уже и благословение на то, чтобы снова нарушать заповеди. Натянул крестик – и уже свой, проще простого. По крайней мере, колдунье все виделось примерно так.

Фрейя была настроена решительно и в том, что волка этого прекрасно знает, была уверена процентов на сто-сто пятьдесят, не меньше, поэтому только время от времени поглядывала на стоящего в стороне Лойи, который, очевидно, сомневался в том, что животное можно узнать по лицу. То есть, по морде, конечно же. Но учитывая, что Гери она знала уже очень много лет, раздумывать не приходилось.
– Не знаю, но это точно он. Я уверена, – волк, тем временем, свернулся на полу клетки, уложив морду на передние лапы и слегка поскуливая, когда Фрейя находила руками раны под металлической цепью. – Правда не узнаешь? Морок в виде волка дома Одина – это слишком сложно даже для очень хитрых охотников, а незнакомый зверь так спокойно точно бы не регировал. Я бы уже без руки осталась.
На самом деле, о последнем она сама подумала только сейчас, уже после того, как по локоть засунула руки чуть не в пасть волку. Кажется, рассуждения Лойи о том, что быть осторожным и скучным чревато, отложились у нее где-то на подкорке и теперь заметно влияли на поведение. Хотя она ведь и раньше предпочитала сначала делать, а потом думать, просто до последнего времени ни одно дело не принимало настолько серьёзных оборотов. Фрейя даже на всякий случай ещё раз повнимательнее рассмотрела волка, на секунду тоже поддавшись сомнениям, но когда Лойи присел рядом, окончательно успокоилась.

Става, который чертил кузен, Фрейя не знала, но то, что он предназначался для открытия замка было вполне очевидным. Заряженные кровью, руны должны были работать куда более успешно, чем просто вычерченные на стене или выжженные на дереве, потому что так мастер отдает им в разы больше энергии, одновременно жертвуя самой магии какую-то часть своей жизни. Пообещав себе позже попросить Лойи поделиться наработками, колдунья выжидающе смотрела на то, как вязь начинает светиться и запускается в работу. Еще пара секунд – замок отщелкнется и Гери будет на свободе, его можно будет передать хозяйке, которая, наверняка нервничает, и этим успокоить весь клан. Но почему-то став не работал. Фрейя для верности пару раз ткнула в замок пальцем, все еще надеясь, что его просто слегка заело, но быстро поняла, что это бесполезно.
– Качественно зачаровали, – выдохнула она, ещё раз почесывая волка за ухом и вытаскивая руки из клетки. – Может, и не у святилища, хотя я подозреваю, что их должны интересовать наши ритуальные места в том числе. Раннвейг же всюду таскает Гери и Фреки с собой, чуть ли не в кино. Они вполне могли увидеть её в городе и... удивиться. Но охотились, вероятнее всего, специально. Это же надо было еще как-то сделать незаметно.
Идея Лойи на первый взгляд казалась рабочей, но была с ней небольшая проблема – в связи с резко увеличившимся количеством энергии, какая-то масштабная магия давалась колдунье сейчас намного проще, чем работа с тонкими потоками и небольшими предметами.
– Я попробую, но давай сначала осмотримся. Нам в любом случае нужно поискать еще что-то важное, может, и ключ попадётся. Или  кусачки по металлу, например. Мало ли что может быть у охотников.

Нашла время оглядеться Фрейя только сейчас, да и то, периодически взглядом возвращаясь к замку и думая, как бы так аккуратно сосредоточиться только на его механизме и не разнести всё, поранив и себя, и животное. Лаборатория представляла собой довольно скромное помещение с несколькими большими шкафами, горой коробок, нехитрой техникой, парой компьютеров и чем-то вроде больничных каталок. Первой мыслью было, что тут охотники подлечивали своих, но где-то на фоне неприятно маячила идея, что ремнями к каталкам скорее всего пристегивали отнюдь не буйных пациентов. Может, она просто слишком мнительная?
О средневековых методах приготовления вакцин ничего, тем временем, не напоминало. Огромных крестов и распятий на стенах, вопреки интерьеру в коридоре, не висело, каких-то записей на латыни тоже не виднелось, а вместо ступок и пакетиков с разными травками на столах стояли вполне себе современные пробирки.
– У монашки были образцы их сыворотки, да? Ты узнал, что она делает с колдунами?

+1

11

В пользу того, что волк был именно тем, за кого себя выдавал, говорила не только уверенность кузины и печальные глаза животного, но еще и надежный замок. В конце концов, зачем бы охотникам запирать и удерживать магией то, что должно было защищать от непрошенных гостей? Хотя и зачем им этот волк тоже едва ди было понятно: выкуп требовать, что ли. Впрочем, ожидать нормальной логики от людей, которые едва ли могли разобраться даже в собственных священных книгах, не приходилось. Оставалось лишь удивляться, что не вся Исландия еще была в курсе недовольства жрицы пропажей зверя. Если только...
- Ты давно общалась с Раннвейг? Уверена, что с ней самой сейчас все в порядке? Или нам надо искать еще и другие клетки, посерьезнее?
Хотя куда уж серьезнее, если даже с этим они не справились? Если с разведкой они могли справиться, то спасательная операция в их исполнении выходила откровенно провальной. Если в Асгарде опять наблюдали за ними, то, со всей очевидностью, там сегодня настроены были посмотреть комедию. Но тогда на то, что в лаборатории случайно обнаружится ножовка по заколдованному металлу, можно и не надеяться. Максимум, на что стоит рассчитывать- пилка для ногтей.
Лойи подошел к столу и наклонился, рассматривая пробирки. Те, увы, казались, совершенно чистыми. Это, наверно, было правильно и логично, кто же оставляет рабочий материал на столе? Бумаги, разбросанные тут же, были зачерканы обрывками каких-то формул и схем вперемешку с заметками о времени совещания и списками продуктов. Здесь работали люди, самые обычные и настоящие люди со своими интересами, важными делами, наверно такие же, как работали при концлагерях - просто выполняли свою работу, а потом шли домой, чтобы успеть к вечернему выпуску новостей и накормить кошку. Это все плохо укладывалось в голове, но люди лабильны - в этом их сила и слабость одновременно. Пришлось привыкнуть за годы практики.
Раз охотники не захотели оставлять важные документы на виду, Лойи перешел к компьютерам. Разумеется, сервера вывозили в первую очередь, если они вообще базировались когда-то здесь, но был небольшой шанс найти что-нибудь полезное на жестких дисках. На современную технику денег, очевидно, не хватило, непривычно громоздкие корпуса так и тянули к себе, проверить, сработает ли нож как отвертка  и Лойи не стал противиться искушению попробовать.
- Не просто образцы, а лошадиная доза, которой она очень хотела меня угостить. Да, она была общительной девочкой и охотно рассказала мне, для чего они это используют. Препарат временно блокирует способность к магии, хотя не могу с уверенностью сказать, что ко всей, и как надолго, тоже. Сделаешь еще несколько фото на память? Думаю, либералам будет интересно посмотреть на сказочное логово выдуманных охотников.
Нож не подвел, и совсем скоро мозг доисторической компьютерной твари перекочевал Лойи в рюкзак, и он, вернув кожух на место, принялся за вторую машину. Жаль  если не найдется ничего интересного, но даже мысль о том, какие лица будут у христианских ублюдков, когда они поймут, почему дьявольская техника отказывается работать, поднимала настроение.
- Если верить ей, то это далеко не самое интересное, что есть у них в арсенале. В основном она восхищалась какими-то ватиканскими инновациями, которые, возможно, в глаза не видела, только слышала о них на пятиминутках ненависти, но она говорила и о другом. Вакцина... - слово было глупое, неуместное  как будто магия была заразной болезнью. И вообще говорить о такой разработке было примерно так же приятно, как обсуждать эксперименты по вживлению людям органов животных и прочей прикладной евгенике. Но Фрейя должна была знать. Вообще-то, если честно, она должна была узнать первой  потому что влипла в эту историю побольше, чем кто-то еще.  - Препарат, который окончательно лишает магических способностей. Не знаю, как это возможно, похоже, она и сама не знала. Сбивалась с генетики и молекулярной биологии на демонов и продажу души. Может, это моя вина, я слишком увлекся идеологической и моральной стороной вопроса, хотел, чтобы она поняла, думал, что времени предостаточно, но...
Но что тут еще скажешь. Лишний раз признаваться в том, что не был готов к боевым операциям? Лойи не любил повторяться, еще меньше любил признавать ошибки вслух. Оставалось только благоразумно не закончить фразу и, вернув второй выпотрошенный компьютер на место, оглядеться по сторонам еще раз.
Следующим самым интересным пунктом молги бы быть шкафы. Судя по всему, магические замки охотники оставляли для магических созданий или того, что считали таковыми. Здесь же замок был самый обыкновенный, точнее, электронный. Требовал ли он ввести код или сканировал сетчатку, сейчас было уже неважно. Обесточенное здание убило его работоспособность на корню, так что оставалось только распахнуть дверцы.
Распахнуть, и тут же инстинктивно закрыть лицо руками, пытаясь хоть как-то оградиться от роя жалящих насекомых. Юмор охотников не ограничивался глупыми надписями на ключе, и тот, кто ставил защиту на эту комнату, явно вдохновлялся историей о десяти казнях егопетских. Впрочем, они с Фрейей хотели стиль - и получили сполна.
Лицо, шея, руки - через несколько секунд все открытые части тела были покрыты укусами, да и одежда не защищала слишком  хорошо. Лойи прекрасно понимал, что насекомые не могут быть настоящими, что достаточно сосредоточиться на магии и развеять морок, но в теории, как водится, все было намного проще, чем на практике. Третья попытка одновременно воспроизвести последовательность нужных жестов и правильных слов закончилась провалом, когда одна из мух предприняла отчаянную атаку и залетела прямо в рот. Камикадзе там и скончалась, но щека распухла и болела немилосердно.
- ... сдуть их к чертям или... - он попытался донести до Фрейи мысль через гул, который казался оглушающим, но даже не был уверен, что она слушает, потому что увидеть что-то в этом улье не представлялось возможным. - ... воздух, чтобы получился щит, мне нужно хоть пять секунд без этого дерьма.

+1

12

Говорить о том, что среди жертв охотников мог оказаться не только волк, но и его хозяйка, Лойи не стоило, как минимум потому, что паникующая Фрейя – зрелище вообще не для слабонервных и здорово мешает сосредоточиться. На фоне нескольких смертей жрецов, произошедших ещё в прошлом году и до боли напоминающих дело рук охотников, перспектива вырисовывалась в целом не слишком радужная. Впрочем, до того, как начать переживать, Фрейя позволила немного напрячься и проанализировать ситуацию.
– Нет, точно нет, – колдунья отрицательно качает головой, убеждая, преимущественно, себя, что с подругой ничего случиться не могло. – Списывались мы дней десять назад, но я и вчера, и сегодня утром видела ее онлайн на фейсбуке, так что с ней всё должно быть нормально. Вряд ли охотники на всякий случай угнали ее страничку и пишут родным, что она уехала в отпуск.
С их стороны это было бы даже слишком хитро, пожалуй, да и о пропаже жрицы в клане Одина Рагнар с Гудрун узнали бы первыми и уже успели бы вместе с семьей Торвальда поднять на уши всю Исландию, включая ближайшие острова. Впрочем, вероятность того, что следующей жертвой коварных планов Инквизиции может стать Раннвейг всё равно оставалась, и теперь, после слов Лойи, казалась Фрейе уж очень ощутимой. Поддаваться паранойе не хотелось, но, кажется, следовало жрице все рассказать, как раз будет отличный шанс на момент возврата волка. Надо только берушами запастись или взять наушники помощнее.

Фрейя поднимается на ноги, с трудом распрямляя спину, и задумчиво наблюдает за тем, как Лойи осматривает помещение. Её саму куда больше занимали коробки, чем допотопные компьютеры, которые он увлеченно разбирал и собирал обратно, поэтому к ним колдунья и отправилась. Может, Светлые Асы всё-таки решат подкинуть ей что-нибудь полезное, чем можно открыть клетку? Упомянутые Асы на мысленные просьбы упрямо не реагировали, предлагая всё, что угодно, кроме чего-нибудь хоть мало-мальски полезного: кипы архивных бумаг, разбираться в которых можно годами, какая-то лабораторная посуда, заботливо проложенные ватой коробочки с травами и порошками, а в одном из крайних ящиков – даже большое красивое распятие, трогать которое Фрейя, на всякий случай, не стала, мало ли что.
– Лошадиная доза? Ну, мне кажется, это даже где-то лестно, девочка переживала, что обычной тебе не хватит, – не отвлекаясь от своего занятия усмехнулась колдунья, прислушиваясь к брату. – Блокирует способность к магии, говоришь? Сейчас прозвучит странно, но... Может попробовать её на себе? Ну, или на каком-нибудь добровольце. Так хотя бы узнаем, как точно это действует.
Пусть шанс найти мага, добровольно готового расстаться со своими способностями на неопределённый срок, и был довольно низким, но другого варианта Фрейя придумать не смогла, как бы ни старалась. В конце концов, магических мышей или собачек, на которых можно было бы провести опыты, у них не было, и даже Гери был вполне стандартным волком, разве что продолжительность жизни у него была, очевидно, выше. Лабораторные исследования позволят вычислить количественный состав смеси и может быть понаблюдать за реакцией клеток крови при контакте с вакциной, но никто не объяснит эффект лучше, чем человек, испытавший ее на себе.

– Фотографии сейчас сделаю. Боюсь, либералы не единственные, кто до конца не верит в сказки про охотников, так что это имеет смысл, – было бы, конечно, значительно лучше, если бы у них на стенах висели постеры с революционными лозунгами и картинки из "Молота ведьм", потому что так их лаборатория была похожа на любую другую, но в их положении не может быть ничего лишнего. Хотя бы кресты в коробке пофотографирует, уже неплохо для начала. Тем временем, истории Лойи становились всё интереснее.
– В каком смысле лишает способностей? Даже если опустить такие важные детали, как расположение Богов и их участие в наших жизнях, то магические способности это действительно генетика, и как можно от них избавиться посредством какой-то там чудо-вакцины я не понимаю. Они там что, решили, что магия – это болезнь? Если это действительно так хорошо работает, то я отказываюсь понимать, почему до нас еще не дошли слухи о том, что всех магов на континенте очистили от скверны.
Представить себя без магических способностей Фрейя не могла совершенно, потому что они были частью всей её жизни, как зрение, слух, вкус, обоняние или осязание, и лишиться ее означало бы стать инвалидом. На самом деле, она вообще предполагала, что если колдуна начисто лишить его магии, то через какое-то время жизнь уйдет от него сама, потому что для любого из них магия и была жизнью. С другой стороны, если бы такие изобретения оказались публичными, то наверняка бы нашлись даже желающие стать смертными. И вообще – если колдовство можно вылечить, то значит им можно и заразить? Тя-же-ло.

– Я думаю, она все равно ничего полезного не знала, – все ещё раздираемая сомнениями по поводу реальности существования волшебного препарата, Фрейя и не заметила, как рассказ Лойи перешёл к концу, а сам он двинулся обыскивать лабораторию дальше. – В конце концов, если бы у всех подряд была такая сыворотка, ни я, ни ты, уже бы не колдовали, не общались с богами и вообще мирно сидели бы дома или лежали на ближайшем кладбище. О, смотри, это уже интереснее...
На последних словах она достала из коробки увесистые цепи с чем-то вроде наручников, которые, видимо, как-то пристегивались к больничным койкам. Два варианта: либо местные ученые не были такими уж мирными, как показалось на первый взгляд, либо тут кто-то увлекался сомнительными извращениями. Первый, увы, был более правдоподобным, а значит идея о клетках посерьёзнее начинала играть новыми красками.
У нас дома есть что-то подобное, к тому же, очень похоже на те, что были на тебе, – Фрейя размышляла вслух, примеривая  к своему запястью браслеты наручников и прикидывая, что она наверняка смогла бы вылезти из таких безо всякой магии. – Лойи? Ты даже не хочешь полюбоваться?

Впрочем, последние её слова заглушает гул насекомых. Как и любая девочка, Фрейя кошмарно не любила противных насекомых, особенно когда их количество переваливало за всякие разумные пределы. Мухи, впрочем, кажется были куда более заинтересованы Лойи, чем кем бы то ни было еще, и в ее сторону лететь даже и не думали. Кузен пытался донести до нее какую-то, очевидно, бесценную мысль, но колдунья не слышала ровным счетом ничего, кроме отдельных слов про чертей и щиты. Создавать ни чертей, ни щиты она не умела, но если с первым дело обстояло совсем плохо, то над вторым еще можно было поэкспериментировать. В торопях прикинув, как должен выглядеть щит, чтобы не дать мухам добраться до Лойи, она постаралась как можно быстрее реализовать свою идею, на всякий случай даже поддержав намерение парой соответствующих жестов.
Получился, конечно, не щит, а воздушный кулак, которым снести, по всей вероятности, должно было не только назойливых насекомых, но и, возможно, самого Лойи, но тут уж выбор был не велик и приходилось довольствоваться тем, что есть. Жужжание резко стало в разы тише, и в наступившем относительном спокойствии прозвучал четко различимый "щелк".

– Божественно. Просто божественно.
Один из браслетов наручников, которые Фрейя все ещё держала в руках, сомкнулся на ее запястье сразу же, как она договорилась с собственной магией и закончила своё колдовство. На поверку все оказалось не так легко, как она думала, потому что браслет самопроизвольно уменьшился в диаметре и теперь немилосердно давил ей на запястье, не оставляя никаких возможностей просто вытащить руку и успокоиться.
Не впервые за сегодня мысленно обругав себя дурой, колдунья подёргала рукой, а после попыталась создать вокруг себя хоть какой-то ветер. Вместо ожидаемого урагана воздух только слегка завибрировал и почти сразу же сдался, сконцентрировавшись вокруг свободной руки. – Всю жизнь мечтала узнать, что будет, если заковать только одну руку. Моя мечта сбылась.
Благодарить судьбу можно было только за то, что она хотя бы не оказалась прикованной к батарее, стене или койке, а значит, все было не так уж плохо. Если, конечно, охотники не решат вернуться прямо сейчас. И да, ножовка по металлу стала ещё более востребованной, чем раньше.

– Очень больно? – глубоко вздохнув, она, подтаскивая за собой цепь, направилась к стоящему у шкафа Лойи, чтобы посмотреть, как он справился с нападением толпы противных насекомых.

+1

13

Фейсбук, что ни говори, отличное изобретение. Не только помогает убить свободное, а часто и не совсем свободное, время, но и действует как легкое успокоительное: Раннвейг в сети, это почти как "со мной все в порядке". Кроме того, что волк пропал  но это не повод не выйти в сеть. Да, едва ли христианские психи стали бы утруждать себя взломом аккаунта только ради того, чтобы успокоить Фрейю. Но, может быть, они могли сделать это ради чего-нибудь еще, например, доступа к тому количеству личной информации и контактов, времени и места встреч  телефонов, адресов, паролей и боги знают, чего еще, что можно узнать, просто добившись доступа в этот глобальный архив. Лойи махнул головой, отгоняя мысль. Даже если все было так, думать об этом сейчас не стоило. Стоило сосредоточиться на этой имитации шпионских игр, и закончить поскорее. Потом, когда они освободят волка, он сам приведет их к хозяйке, если, конечно, жрица действительно здесь.
Предложение Фреи насчет сыворотки не казалось настолько безумным, как могло бы. Не сказать, чтобы он совсем не думал о том, чтобы провести эксперимент на себе, тем более, были все основания верить Вигдис в том, что сила вернется через пару часов. Он думал, и все же...
- Я не смог. Это не страх, хотя, - Лойи отвлекся от увлекательного конструктора и посмотрел на Фрею, наклонив слегка к плечу голову и задумчиво закусив губу.  Признаваться в собственной трусости, когда ты какой-никакой потомок суровых и бородатых викингов - то еще испытание. Будь на месте сестры кто-то другой, он бы никогда этого и не сделал бы, но Фрейя ждала ответа  и лгать ей никак не получалось. - Может и страх, но не только. Но магия - это дар, связь с Хель, и лишиться ее даже ненадолго, это... Ничего более ненормального и противоестественного мне даже в голову не приходит.
Когда-то в детстве он жалел, что не родился жрецом. Не только потому что тогда переплюнул бы Альду и родители любили бы его больше, но искренне считая, что они с Владычицей легко нашли бы общий язык, взаимопонимание и гармонию. Сейчас он вовсе не был так уверен. Богиня не спешила осчастливить его личной беседой, так что за ее волю приходилось принимать собственную интуицию, но в некоторых вопросах даже интуиция молчала. Тогда сын Хель едва ли не завидовал тем  у кого голоса в голове. Они хотя бы всегда уверены в том, что делают все правильно.
- Я отдал образцы. Если получится, зельевары разберут их на молекулы и смогут синтезировать эту штуку. Тогда можно будет экспериментировать. Это мощнейшее оружие, но... Звучит глупо, но мне кажется, что это плевок в лицо всему Асгарду, похлеще того, что выдавала венгерская девка.
Вправе ли они лишать покровителей связи с теми, кто называет себя их детьми? Ведь если боги все еще не отвернулись от них, значит, дают шанс. Быть может, это всего лишь шанс на хорошую и правильную смерть  и все же не на жизнь без магии, не на то, чтобы молитвы превращались в бессмысленный набор слов, а жертвы оставались гнить на алтаре. Быть может, на войне хороши не совсем все средства?
Вопросы о механизме действия вещества, о котором Лойи и услышал-то впервые не так давно, были ничуть не проще философских. В конце концов, никто толком не знал, что есть магия. ДНК, обнаруженная с полвека назад и уже практически расшифрованная, тоже не давала абсолютного ответа. Механизм наследования магии отличался от того, как передавался цвет глаз, а уж статическая способность ребенка вообще не зависела от способностей родителей. Действительно впору было думать о душе и ее связи с другими мирами  но тогда при чем здесь вакцина, которая не могла влиять ни на что, кроме тела? Лойи пожал плечами.
- Слишком тонкие материи, Фрейя. Я понятия не имею, как это работает, но она была уверена в том, что говорит, и она не лгала. Если им удалось понять, чем мы отличаемся от смертных, может, они нашли и способ наглухо запереть нас в Митгарде, не позволяя даже голосам пробиться в другие миры. Если это и лечение, то явно путем ампутации. Хотя я скорее сказал бы, что вакцина заражает чем-то, что мешает колдуну оставаться для магии проводником.
Наверно надо было послушать кузину и пойти рассматривать наручники вместо того, чтобы сразу лезть в этот чертов шкаф, но Лойи был уверен, что насмотрелся на такие на всю жизнь, пока колодки сковывали его собственные запястья. Впрочем, находка была ценной, и это только подстегнуло исследовательский интерес. Увы, у насекомых был свой интерес, и если бы не своевременное вмешательство, кто знает, чей оказался бы весомее. Воздух врезался в него с такой силой, как будто он сдуру решил прогуляться по теням прямиком на крыло летящего на Мальдивы боинга. Ну или не совсем так, таких экспериментов Лойи пока не проводил, но на ногах удержался с трудом. Зато это дало те самые пару секунд  и пока летающие твари не вернулись, он сконцентрировался на магии, помогающей очистить сознание от постороннего вмешательства. Без такого навыка сейд был бы неполноценным, хотя когда-то понадобилось немало времени, чтобы осознать, что не всегда нападене бывает лучшей защитой, переступить через гордость и выучить такие вот ментальные щиты. Зато теперь мухи исчезли, и только в ушах продолжало жужжать немного, и кожа зудела и, хотя все укусы были исключительно иллюзорными, покраснела. Что же, в том, что мозг способен на многое, даже убить своего носителя, сомневаться было бы попросту непрофессионально.
- Спасибо, что бы я без тебя...
Он даже договорить не успел, а ведь собирался с видом смиренного священномученика рассказать о своих страданиях. Наручник, плотно сидевший на запястье сестры, развеял планы в прах. Увы, Лойи не нужно было объяснять, что это за приспособление, он знал это не понаслышке. Взял руку Фреи в свою, приподнял, придирчиво осмотрел, подергал замок.
- Да уж... Не сказал бы  что тебе идет. Хотя Гудрун бы понравилось. Второй можно защелкнуть на ножке ее трона, и тогда ты всегда будешь в безопасности. Ладно, посмотрим, что можно сделать.
Наверно, с таким образом жизни давно пора было обзавестись не только хорошим ножом, благословленным Хель, но и еще благословленным набором отмычек, но вряд ли Торстейн или даже Тейнгиль были бы в восторге от такой просьбы. Так что выбора особо не было, и пришлось опять использовать то, что было. Пожалуй, ковырять замок лезвием было бесполезно, да и взлом Лойи никогда не считал своей сильной стороной. Оставалось только опять резать палец и выводить все тот же став, который ничуть не помог им с клеткой, но уже на предплечье кузины. В конце концов, глупо было ы не попробовать, когда под рукой просто не было других инструментов.
Наручник щелкнул и открылся. Лойи хмыкнул.
- Ненавижу повторяться. Но, кажется, нас они считают чуть менее опасными, чем личный волк жрицы Одина. Во всяком случае, магия на замке была откровенно хилая.
Теперь наконец можно было рассмотреть содержимое шкафа, стоившее стольких неприятных моментов. Хотелось бы, конечно, найти здесь публичные видеопризнания, списки жертв и описание всего ватиканского арсенала, но выглядело все совсем не так впечатляюще. Старые папки, озаглавленные только номером и датой. Номер и дата, на каждой обложке. А под обложкой малопонятные непосвященным кодовые названия экспериментов с краткими описаниями и результатами. И досье - всего на лист, с фотографией, именем и вердиктом о виновности в колдовстве. Доминиканцы не собирались отказываться от милых сердцу привычек только потому что за окном был двадцать первый век.
- Или это не случайно, - он развернул папку так  чтобы кузина тоже могла видеть. А посмотреть было на что. Результаты бесконечных анализов, и графики, которые были понятны без всякой дешифровки. Графики,  неумолимо ползущие вниз. Графики того, как подопытные справлялись с преодолением все более и более слабой магии, пока не переставали справляться вообще. - Интересно  в качестве испытания только колодки использовали, или таких вот мух тоже напускали?
Да и только ли мух? Библия, да еще и в сочетании с "Молотом ведьм" наверняка давали неплохой трамплин для больной фантазии.
Что подтверждалось тем больше, чем дольше Лойи разбирался с содержимым отвоеванного у насекомых шкафа. Из-за завалов однообразных папок он вытащил малоприметный чемодан. Этот не сочли нужным закрывать магией, и понятно, почему. Внутри был набор инструментов, но ножовки по металлу среди них не было. Инструменты были специфическими, и тот, кто с детства проводил немало времени в морге, конечно не мог не опознать в них такие, которыми работали патанатомы, проводя вскрытия.
Лойи посмотрел на сестру молча: комментарии были явно излишни. Потом потер шею, все еще горевшую от недавней атаки, и отвернулся, как будто рассматривать оставшийся шкаф, а скорее даже массивную тумбу, и в самом деле было интересно.
- Еще один. Как думаешь, к чему на этот раз стоит готовиться?

Отредактировано Logi Helson (2017-11-15 15:15:43)

+1


Вы здесь » Lag af guðum » Настоящее » Everybody's looking for something.