5/09:
на форуме обновлен дизайн, все остальные новости здесь

Lag af guðum

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Lag af guðum » Будущее » Dis manibusque sacrum


Dis manibusque sacrum

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Dis manibusque sacrumБогам и теням умерших предков приношение• • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • •

http://savepic.net/10278837.gif http://78.media.tumblr.com/d3f4406728fda44fb047e33851acd8d8/tumblr_mmwkekIcrM1r2ti0ao5_250.gif

Участники эпизода: Маргрьет и Гудрун;
Время и место действия: Вечер 10 сентября 2017 года;
Краткое описание событий: Есть вещи, о которых не хочется говорить со смертными. Есть люди, которые могут помочь поговорить с теми, кто уже давно ушел. В часы грядущих битв и последних войн, Гудрун желает узнать мнение не Богов, но своих предков, а Маргрьет - та, кто может ей в этом помочь.

+2

2

Солнце ушло за горизонт и на город медленно опускался ночной полумрак. Влажные после дождя улицы словно тропы из легенд разукрасил золотом свет вечерних фонарей. Черные провалы окон на стенах серых зданий вспыхивали одно за другим, постепенно украшая картину города, придавая ей странный домашний уют. Раз светло значить кто-то вернулся домой. Зашел с холодной улицы в теплую квартиру, хлопнул пальцами по выключателю и занялся своими делами. Быть может кого-то ждал, готовил ужин и накрывал на стол или в гордом одиночестве заваривал чай. Других, возможно, ждал серьезный разговор, но даже он не будет долгим, ведь на улице так холодно, а дома уютно и тепло и эту согревающую атмосферу совсем не хочется портить.
Маргрьет пришла со школы всего пару часов назад в пустой и тихий дом. Родители отбыли в Акранес по делам, и девушка на эти несколько дней была предоставлена себе. Любой подросток порадовался бы такой возможности: сделать что-нибудь за спиной старших, устроить бесчинство и беспредел, закатить вечеринку, гулять до утра, но не Марьет. Она всегда была довольно послушной и не потому что боялась наказания или осуждения, скорее напротив – потому что всегда и во всем стремилась быть гордостью своих родителей. А для того, чтобы быть, следует и вести себя соответственно.
Кому-то из сверстников это не нравилось, другие напротив, тянулись к ней и девушку это вполне устраивало. У нее было именно то количество друзей с каким не приходилось скучать, но и не требовалось переходить границы своих устоявшихся принципов. Золотая середина, не иначе. И пока жизнь была стабильна, даже в таких мелочах, не хотелось думать, что когда-нибудь все может измениться.
Девушка напевала себе под нос простые мотивы одной достаточно известной в Исландии песенки. Из зала доносились негромкие звуки музыки и приглушенный свет торшера проникал в коридор, а сама Ньердсдоттир хлопотала по кухне, замешивая в небольшой кастрюльке горячий шоколад. В шерстяных полосатых носках и мягком, но непомерно большом для угловатой фигуры свитере она выглядела по-детски забавно, не спеша взрослеть и наряжаться соответственно. На людях – может быть, но дома она носила любимые вещи, пока они не изнашивались до дыр, а затем до первых непрозрачных намеков матери, что пора обновить гардероб и пора, значит - срочно.
Зазвонил телефон и сняв с плиты горячий напиток, Маргарьет поспешила ответить:
- Привет, мам, - девушка прижала телефон к уху, помогая себе плечом, а сама поставила на стол высокую кружку, чтобы перелить в нее горячий шоколад, пока тот не остыл. - Да, все хорошо. Дома порядок, в школе ничего нового. А? Нет, никто не приходил и не звонил, вы же уехали только вчера.
На пороге послышался топот, или девушке только показалось, но от неожиданности рука с кастрюлей дернулось, расплескав некоторое количество содержимого на стол и ладонь, что лежала как раз на кружке. Медиум шикнула, отдернув пальцы.
Папе тоже привет, - недовольство в голосе подавить полностью не удалось, но кажется Эмма ничего не заподозрила, а Марьет сунув руку под поток холодной волы поспешила закончить разговор. – Ладно, мам, я перезвоню позже. Люблю вас. Пока.
Не дав маме договорить, девушка положила трубку и поспешила в прихожую. Быть может это ветер хлопнул створкой, или на улице что-то упало, но проверить стоило. К сожалению, ни одно окно их дома не выходило на крыльцо, не считая верхних спален, а потому проверить наличие гостя можно было лишь опытным путем – через открытую дверь. Медиум потеребила свой браслет и неуверенно повернула ключ, выглядывая наружу.

Отредактировано Margrét Njörðrsdottir (2017-11-06 02:24:14)

+2

3

- Если ты не знаешь, что следует делать, то никто не знает, - слова мужа звучали в голове барабанной дробью и Гудрун не могла уснуть. Она почти сто лет правила этим кланом и редко сомневалась в своих решениях. Сначала, потому что за нее их принимал Рагнар, а затем, потому что времена были такие отчаянные, что требовали одних лишь отчаянных мер и никак иначе. С последним Гудрун справлялась наилучшим образом. Она была из тех людей, которые лучше всего чувствовали себя в конфликтных ситуациях, в сомнительных мероприятиях, среди хаоса и проблем, потому что над этими ситуациями ей удавалось властвовать легче всего, имея соответствующий опыт и соответствующий настрой. Никакого интереса к спокойно, мирной и ничем не обремененной жизни глава дома Ньерда не питала и когда жила во время мира, все равно была напряжена так сильно, как могла быть напряжена до предела сжатая пружина. Просто нельзя совершить убийство и остаться прежним. Просто нельзя пройти войну: одну, вторую, третью и продолжить дышать спокойно, делать вид, что все в порядке. Война не была внешним проявлением, но она все время оставалась внутри самой Гудрун, заставляя испытывать какой-то глубоко интуитивный, почти животный страх перед тем, что все повторится.
Все повторялось. Иногда через пять лет, иногда через двадцать, иногда немногим больше. Война повторялось, все начиналось сначала, они несли потери, хоронили друзей и Гудрун устала сжимать пальцы на церемониальном кубке, поднимая его за павших соратников. Хотела ли она этого снова? Нет. Хотела ли она этого для своих резко выросших детей, которые не знали, что такое война, но требовали ее? Тысячу раз нет. Но готова ли она была играть в миротворца, когда ее дому, ее клану и ей самой в лицо плюют либералы, переступая грани дозволенного и поднимая руку на все тех же детей? Это не было вопросом гордости. В некотором смысле это было вопросом выживания.
Гудрун не знала, что ей надлежит делать. Ее не успокаивали ни разговоры с сестрой, ни советы зятя, ни речи мужа, ни даже попытки помощи со стороны сына. Гудрун не успокаивало ничто, потому что она знала, что может откладывать этот вопрос бесконечное количество раз, но результат останется неизменным. Рано или поздно, ей придется принять решение, ей придется выступить на одной из сторон, потому что невозможно было оставить союз консерваторов в одиночестве биться с заразой, которая теснила их со всех сторон и не смущалась этого. Но надлежит ли ей развязывать открытую войну, созывать знамена и ставить под удар свой клан в очередной раз? На этот вопрос никто из живых не мог дать ей однозначного ответа. Потому что никто не хотел брать на себя ответственность, которую надлежало взять самой Гудрун.
Среди живых советчиков главе дома и правда не было. В момент, когда женщина осознала это, она как-то болезненно, почти по-детски стала цепляться за слова и, в конце концов, зацепилась за «живых». Да, среди ее окружения не было тех, кто может выдать ей совета, но кто сказал, что обязательно было спрашивать у ныне живущих? Почему бы не услышать мнение мертвых?
Единственным человеком, который по всем параметрам стоял выше Гудрун до своей смерти, без сомнения, был ее горячо любимый отец – Биргир, почивший в бою с домом Тора и потому отправившийся прямиком в Вальгаллу. Кто мог знать правду, лучше него? Кто мог стать ей лучшим советником в эти тяжелые времена? За все время посмертия отца, женщина ни единого раза не потревожила родителя с тех самых пор, как выстрелила из лука в его погребальную ладью, уходящую в закат по ледяному морю. Она была ему лучшей дочерью, лучшей наследницей, лучшей главой, которая могла бы занять его места из числа возможных преемников. Но Гудрун знала, что ради этого звания погубила своих братьев и потому она отчаянно боялась того, что скажет ей отец, того, как он ее воспримет, как отнесется к ее поступку и что будет думать о ней, уже пируя в Вальгалле. Примут ли после этого великие предки Гудрун ее за свой стол? Будет ли она достойна их, запачкав руки в крови единокровных братьев? От этих вопросов у женщины стыла кровь в жилах. Но нужда в этот раз перевешивала любые страхи.
Обратиться к советникам, чтобы они нашли ей спиритиста было рискованным. Рискованным для репутации самой главы дома, для образа непоколебимой и всегда уверенной в своих решениях Гудрун Ньердсдоттир. Так что, пару дней ушло на то, чтобы отыскать в базе членов дома двух людей с этим даром и понять, что чокнутая двухсотпятидесятилетняя старуха подходит гораздо меньше совсем юной девочки по имени Маргрьет. Гудрун не припоминала, чтобы они были близко знакомы даже с ее родителями, но, без сомнения, они виделись на клановых празднованиях, на посвящении детей, на других мероприятиях. Так или иначе, обратиться за помощью было можно. Или хотя бы можно попробовать, учитывая совсем юный возраст говорящей с призраками.
Гудрун никому ничего не сказала. Иначе и быть не могло. Выбрала вечер, села в автомобиль и направилась в магазин, разумно полагая, что приходить с пустыми руками было бы невежливым даже для главы клана. Бутылка вина была не самым подходящим подарком для семнадцатилетней девочки, а потому Гудрун набрала сладостей и пирожных, полагая, что это всегда будет приятным любому ребенку.
В половине восьмого женщина стояла на пороге дома юной колдуньи, не силясь раздумывать о том, как бы поставить вопрос так, чтобы не вызвать отторжения. Правда была самым верным решением в текущей ситуации. Недолго думая, колдунья постучала в дверь, дожидаясь, когда ей откроют. Перед глазами возникла фигура совсем молодой девушки, чуть старше той, что она видела на фото в личном деле. Ошибки быть не могло. Перед нею стояла та самая дочь Ньерда.
- Добрый вечер, Маргрьет, - Гудрун улыбнулась, - Я – Гудрун Ньердсдоттир, глава нашего дома. Мне нужна твоя помощь в одном очень важном деле. Могу я войти?

+2


Вы здесь » Lag af guðum » Будущее » Dis manibusque sacrum